У меня есть пара редких скиллов. Про то, что я умею управлять велосипедом без руля, я уже хвастался. Но это уже все умеют.
Ещё я умею свистеть мелодии. Это пока умеют не все, но боюсь, и эта слава будет недолговечной.
У меня есть три песенки о том, к чему меня приведут либо этот скилл, либо погоня за следующим.
Кларнет
(Иваси)
Дни нашей жизни, как доски забора,
Тянутся в вечность, вдали исчезая.
Вечный стандарт — вот колодец, в котором
Серую краску для жизни черпаем.
Серые лики шаблонов проклятых
Оригинальностью красок расцветим.
Нам бы пройтись на руках по канату,
Или ногами сыграть на кларнете.
Ради одной из сенсаций недели
Грех не испробовать все варианты,
Кто-то поэта убьёт на дуэли,
Выстрелит кто-то как раз в музыканта.
Кто-то отвергнув все нормы морали
Мир исказит в эротическом свете.
Кто-то пройдёт по гвоздям без сандалий,
Или сыграет ногой на кларнете.
Боже, как просто, я — Пушкин, я — Гойя,
Я — Пикассо, я рисую портреты.
Кисть зажимаю я левой ногою,
Правой технично касаюсь кларнета.
Да, я кумир, только слава, я знаю,
Недолговечна, и нет мне покоя,
Кто-то уже на органе играет,
Импровизируя левой ногою.
Так уж выходит, что наши уловки
Нам ничего, кроме фальши не дали,
Точен, как функция Бах, а Чайковский
Прост, как гармония, но гениален.
В том-то и есть преткновения камень,
Что если долго корпеть над кларнетом,
Можно сыграть на нём даже ногами.
Можно, но счастье, пожалуй, не в этом.
Баллада
(М.Щербаков)
Известно стало, что вблизи от города, в лесах,
бунтовщики, мятежники
имеют наглость жечь костры, валяться на траве
и замышлять недоброе.
Отряду нашему приказ: проследовать туда.
Отряд кивнул — и следует.
Найти злодеев, окружить врасплох и повязать,
манёвры всё привычные.
И через несколько часов отряд уже кольцом
смутьянов жмёт в их логове.
И к горлу каждого копьё приставлено - и мы
считаем до пятнадцати.
Не долго думая, они смекают, что к чему
и что за чем последует.
На счёте «три» сдаются все, оружье побросав,
сдаются все как милые.
Кто плачет, кто кричит, что рад правительству служить
хоть палачом, хоть пытчиком.
Кто выкуп выплатить сулит, кто — выдать вожаков.
Ну, ни стыда, ни гордости.
И лишь один сдаётся так, что всем бы перенять,
сдаётся так, как следует.
Лежит, мерзавец, на траве и, глядя в небеса,
свистит мотив бессмысленный.
Как будто просто мимо шёл, решил передохнуть,
прилёг и стал насвистывать.
Как будто вовсе ни при чём (что, кстати, может быть.
Никто ж не вник, не выяснил).
Не долго думая, отряд смекает, что живым
такого брать не следует.
И вот копьё моё пронзает горло свистуна.
Всех прочих — в плен, и кончено.
В пути обратном я свистать пытаюсь тот мотив,
да не идёт, не вяжется.
Оно понятно: сроду я ни слуха не имел,
ни музыкальной памяти.
Ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла-ла-ла…
(Как раз того, что следует).
Сенсация
(Юлий Ким)
Я сел однажды в медный таз
Без весел и руля,
И переплыть Па-де-Кале
На нем собрался я.
Ведь на подобном корабле
Череэ пролив Па-де-Кале
Никто не плавал до меня.
Я весь озяб, я весь промок,
Пропал весь мой порыв…
Прости мне, Господи, мой заскок,
Но пусть я останусь жив!
То таз на мне, то я на нем,
Уж я не помню, кто на ком,
Но переплыли мы пролив.
И вот — сенсация! На стенку лезет пресса:
— Впервые в мире! Герой прогресса!
Без весел и руля!
Представьте себе — он плыл в тазу,
При этом — ни в одном глазу!
Сенсация! — А в центре — я!
Я тотчас продал медный таз
За тысячу монет,
И перепродал свой рассказ
В тысячу газет.
Есть дом в кредит, есть в банке счет,
Кругом почет, чего ж еще?
На всех консервах мой портрет.
Все мужчины просят одно — виски “Медный таз”,
Все дамы носят только одно — клипсы “Медный таз”,
Весь мир танцует только одно — танго “Медный таз”,
Под самый модный медный джаз.
Но время шло и пыл иссяк
И в банке счет — увы!
Семья бранится так и сяк,
И нет уж той любви.
Друзья пьют виски с содовой
И все кричат: — Еще давай!
Еще на чем-нибудь плыви!
Уж я не знаю как мне быть,
У всех одно в башке:
— В тазу теперь не модно плыть —
Вот если в дуршлаке!
Но такая игра не стоит свеч:
Дуршлаг ведь может и потечь.
Попробуй на ночном горшке!
И вот сенсация, на стенку лезет пресса:
— Впервые в мире! Герой прогресса!
Давайте сюда кино!
И я плыву как идиот,
И подо мной горшок плывет,
И мы вот-вот пойдем на дно…